Не рубить с плеча

Как известно, крылатые выражения «Не рубить с плеча» так же как и другое: «Семь раз отмерь — один раз отрежь» предупреждают не принимать необдуманных решений, не делать легковесных выводов.

К сожалению, эту истину житейской мудрости «упустил из виду» О. Егоров. Именно такое чувство испытываешь, прочитав (и неоднократно) статью О. Егорова с многообещающим, и даже спаренным заголовком «Краткий очерк истории двух пород гончих. Несколько мыслей по поводу их современного развития», (журнал «Охота и охотничье хозяйство» 09.2006). Автор поставил благородную цель: дать читателям уважаемого журнала историю развития отечественных пород гончих и указать перспективу их современного развития. И сразу же, что называется, «берет быка за рога», утверждая: «В основу отечественных заводских пород гончих собак, русской и англорусской (русской пегой) легла аборигенная промыслово-охотничья собака, использовавшаяся в Древней Руси на загонно-тенетных охотах». В качестве подтверждения сказанного автор почти на двух страницах разбирает этимологию слова «выжль», употреблявшегося в ХV-ХVI. «Впервые в Восточной Руси эта аборигенная собака под названием «выжль» упоминается в одной из новгородских берестяных грамот, датирующейся XV веком». Именно с XV столетия, считает автор, и следует вести отсчет появления гончей на Руси.

А вот эксперт-кинолог всероссийской категории профессор Камерницкий А.В. и безвременно ушедший в мир иной охоты историограф-самородок Бикмуллин А.Х..., копнувшие пласт истории происхождения гончих на Руси поглубже, придерживаются другого мнения.

«Для Руси, — пишет Камерницкий А.В., — первым документальным подтверждением существования охотничьих собак и их охотничьего использования являются фрески стен храма. Этот храм, возведенный волею Киевского Великого князя Ярослава Мудрого в 1017—1042 гг. украшен был, помимо обрядовых религиозных изображений, и большим количеством светских сцен».

Барон Розен Г.Д. впервые априори в конце XIX столетия высказал мысль что на фреске «Собака, преследующая оленя» изображена гончая и дал ее подробное описание.

Камерницкий А.В.тщательно изучил технику и приемы многочисленных «поновлений» фресок Софии Киевской, проводившихся без какого-либо научного обоснования. В результате таких «поновлений», в том числе штукатуркой и масляными красками, были допущены отступления и даже искажения первоначальной росписи. Первичная же роспись фресок производилась минеральными красками, очень устойчивыми к внешним воздействиям.

Реставрационная расчистка первичной росписи фресок Софии Киевской была начата в конце 1930-х годов и продолжалась до 1970-х.

«Что за собаку видим мы на фотографии расчищенной фрески «Собака, преследующая оленя» из Софии Киевской? — спрашивает Камерницкий А.В. и дает ее подробное описание: «Это сравнительно растянутая собака, у которой отчетливо видны небольшие висячие уши, откинутые быстрым движением назад так как никогда не могут быть откинуты стоячие уши лайки. Хвост ее гладкий и лишенный подвеса или опушки, вытянут и полуопущен. Что опять-таки неестественно для лайки, которая, преследуя дичь, наоборот, только плотнее прижимает его к бедру. Гладкая, без воротника шея несет сглаженных очертаний голову с пологим переломом, а раскрытая пасть явно демонстрирует отдачу голоса, чего лайки на гону не делают. Таким образом. «Собака, преследующая оленя», решительно отличается от лайкообразных «остроушек» первых двух фресок. Описание, сделанное Розеном Г.Д., практически совпадает с нашим» И далее: «Идентификация «Собаки, преследующей оленя» как гончей, вносит решительные коррективы в наши представления о времени появления и происхождения гончих на Руси»

«В девятом, десятом, одиннадцатом веках — пишет Бикмуллин А.Х., Киевская Русь более тяготела к Европе, нежели к северу-востоку. С европейскими дворами заключались династические браки, торговали, воевали, заключали союзы, обменивались посольствами.

При всем при этом пировали, чередуя пиры с охотами. Охотились пешно и конно со стаями гончих в основном по копытному зверю: европейский олень, косуля, лань, кабан, зубр, тур, травили и медведей. И всюду, постоянно гончие, гончие».

С колонизацией северо-восточных земель, населенных другой расой угрофинской языковой группы (мери, чуди, муромы, мордва), пришлые дружины киевских князей привезли с собой и гончих западного типа. Угрофинские племена имели совершенно другой тип лаек-остроушек. Со временем произошло слияние крови гончих и лаек, давшее начало новым типам гончих. Вот где изначальные корни старинной русской, паратой, пешей, крутогонной.

Так что неувязочка получается с утверждением Егорова О. о начале отсчета появления гончих на Руси с XV века. Особенно ошибочно это утверждение относительно англо-русской гончей. Англо-русская гончая выведена путем скрещивания русской гончей с фоксгаундами, которые впервые начали завозиться в Россию лишь с середины XVIII века.

Перескочив с XV века на XIX, автор среди аборигенных гончих выделяет гончих, «происходящих из Костромской и Ярославской губерний. Среди мешаных, соответственно: англо-русские и польско-русские». Оценив по-доброму многогранную и кипучую деятельность Николая Павловича Кишенского (1850—1915) в становлении отечественных пород гончих, автор совершенно справедливо выделяет исключительную роль знаменитых костромских гончих из питомника самого Николая Павловича. Именно его костромские гончие явились прекрасным племенным материалом для всех самых знаменитых стай русских гончих конца XIX- начала XX веков: Алексеева, Белоусова, Живаго, Комынина, Ромейко и др. Но ведь не с луны же свалилась, как манна небесная, знаменитая костромская гончая. За ней стоит большая и поучительная история. К сожалению, Егоров О. в своей многообещающей по заголовку статье ничего об этом не говорит.

Орды Батыя вторглись в земли Северо-Восточной Руси в 1237 г., ровно через двести лет после закладки святой Софии Киевской. На их пути лежало государство — Булгарское ханство со своей столицей Булгар. Государство волжских булгар занимало огромное пространство от Оки до Уральского хребта с запада на восток и от рек Вятки и средней Камы до Жигулей и истоков Дона — с севера на юг. Булгары откочевали сюда после разгрома хазарами Великой Булгарий еще в X веке задолго до нашествия татаромонголов. Приняли ислам и по уровню развития стояли никак не ниже Киевской Руси. Через Волгу и каспийское море булгары отправляли в Иран, Среднюю Азию, Аравию и даже в Индию дорогие меха, мед, воск, лес.

Из истории известно, что охота с гончими широко культивировалась еще в доисторические времена и в Иране, и на территории Средней Азии, и откуда травильные собаки типа «слюго-салюки» попали к булгарам, смешали свою кровь с кровью аборигенной «остроушки», дав начало собакам типа гончих.

Отхлынув после битвы на Калке в глубину своих азиатских кочевий, татаромонголы через семь лет вновь появились на берегах Волги. Первым под их сокрушительным ударом пало Булгарское государство. Те из булгар, кому удалось спастись, бежали со своих насиженных мест и обосновались в верховьях и низовьях Волги. (Ныне это земли Саратовской, Ульяновской, Самарской, Нижегородской и Костромской областей). Мы в последующем вернемся к этому, но можно с большой долей вероятности утверждать, что в крови знаменитых костромских гончих текла и кровь гончих волжских булгар.

В 1843 г. В.О. в журнале «Коннозаводство и охота» пишет: «Костромская губерния всегда славилась как охотниками, так и породами собак. Гончие идут от английских собак, выписанных очень давно богатым помещиком Салтыковым». Об этом мы скажем чуть ниже.

В 1846 г. вышел известный двухтомный труд Н. Реутта «Псовая охота», в котором о породах гончих говорится следующее: «У нас в Костромской губернии, славящейся отличными породами гончими, происшедшими от английских и польских собак ...» т.е. подтверждается существование костромской гончей и указывается ее происхождение от английской и польской.

Костромская гончая как порода названа в труде В. Левшина, вышедшем в 1815 г., в вышедшей в 1847 г. книге А. Венцеславского «Псовая охота вообще».

В конце XIX века появляются «Записки охотника Тверской губернии о ружейной охоте с гончими» Н.П. Кишенского и не менее капитальный труд П.М. Губина «Полное руководство ко псовой охоте». Однако описание породных признаков костромской гончей у обоих авторов весьма разночтиво. Все это дало основание Н.П. Пахомову заявить, что как таковой породы «костромская гончая» не было. В книге «Породы гончих» Н.П. Пахомов дает описание гончих трех известных в те времена охотников — Мустафина, Зюзина, Павлова.

«Собаки Мустафина были не особенно велики, но на отличных ногах. С сильно развитыми черными мясами и грудью, очень сухой головой, правильными гонами, и были до того типичны как по ладам и окрасу (все красно-пегие с желтыми подпалинами), что нельзя было не любоваться ими. Все были очень параты, полазисты, позывисты и очень дружны. Единственный недостаток этих собак — это глухие голоса, без всякого залива, как бы с отрубом. Они не гоняли по волку, безупречно работали по лисе и зайцу.

Собаки Зюзина были крупного роста, страшно злобны и параты, при этом обладали голосами, подобными реву с завываньем.

Павловские собаки были очень крупны, необыкновенно ладны черные (с серым подшерстком), в маленьких красных подпалинах на груди, отличались необыкновенной силой, нестомчивостью, полазистостью, злобой и паратостью, характер имели угрюмый, голос необыкновенно звучный, хотя и без определенного залива, они как бы плакали. Глаза у них были черные, на выкате».

Попытаемся дать объяснение этому разнообразию не только внешних, но и внутренних качеств костромских гончих.

Как уже было сказано выше, спасаясь от татаромонгольского погрома, часть волжских булгар откочевало в Костромскую губернию, где осели и создали свои поселения. Было это в 1236—1237 гг.

С распадом и дроблением Золотой Орды все больше татарских царевичей, мурз и беков стали переходить в русскую службу, получать земли в кормление, возводиться в боярский и дворянский чины... Именно предки Мустафиных, Зюзиных, Павловых волей Ивана Грозного были переселены в Костромскую и Ярославскую губернии. Привели с собой татары на новые поселения и гончих, но не каких-то там «мифических татарских», а аборигенных русских гончих, которых они нашли на просторах покоренной их предками Руси. Здесь же они освоили охоту с гончими и борзыми и довели ее до совершенства.

Но почему же такая разнотипность, разномастность мустафинских, зюзинских, Павловских гончих?

В Костромской губернии имел владения граф С.А. Салтыков, который доводился родственником по матери российской императрице Анне Иоанновне, увлекавшейся парфорсной охотой на оленей. Для нее он завозил из Англии стеггаундов. Завозил он гончих и для себя, но сейчас трудно сказать, были это стеггаунды или фоксгаунды.

С английскими гончими вопрос ясен. Из истории известно, как на костромской земле появились и польские гончие. В конце XVIII века польские конфедераты Костюшко ссылались в Костромскую губернию. Привезли они с собой и польскую гончую и культуру ружейной охоты с гончими. Польские гончие поступали в Россию и после Отечественной войны с Наполеоном.

В зависимости от вкусов владельцев шло слияние крови местных аборигенных русских гончих, предки которых приведены сюда булгарами и татарами, с английскими и польскими. В зависимости оттого, какая кровь в этих помесях преобладала, мустафинские гончие по типу и окрасу больше приближались к аборигенным русским, зюзинские по окрасу имели сходство с английскими, а павловские гончие и по окрасу и типом были близки к польским. Но как бы они ни выглядели, шла трансформация генетического фонда прежде всего по рабочим качествам. Неудачные помеси беспощадно отбраковывались и в породу не допускались. (Чего, к великому сожалению, нет сейчас).

И не случайно среди гончих Костромской губернии было действительно много хороших рабочих собак, они-то и создали представление о замечательных «костромичах», перешедших затем в легенду об этих гончих.

«А что же с аборигенной русской гончей?» — Нелишне напомнить, что Петр III в 1762 г. подписал Указ «О вольности дворянства». Этим Указом дворяне освобождались от обязательного несения воинской службы. С этой даты и начинается золотой век русской псовой охоты вплоть до отмены крепостного права в 1861 г. И всюду гончие, гончие.

Конечно, они не пользовались со стороны бар тем вниманием, как борзые. Нередко и содержались безобразно и вязались по усмотрению малограмотных псарей и доезжачих. Что привело в конце концов к невероятнейшей мешанине среди гончих.

«Если мы обратимся к первым выставкам собак, — пишет Н.П. Пахомов, — о которых нам наглядно и убедительно рассказывает альбом типичных собак первых шести выставок бывшего Императорского общества охоты, зарисованных Мартыновым, то увидим, до чего же безобразны были представители имеющихся тогда гончих. Это обстоятельство было несомненно учтено охотниками, так как вскоре же возникли попытки реконструировать утерянный тип русской гончей, и такие любители как Н.В. Можаров, М.В. Столыпин, Д.Д. Осиповский, П.Н. Белоусов, М.И. Алексеев, И.Н. Комынин и целый ряд других вкладывают в это дело всю свою энергию, знание и любовь»

П.Н. Белоусовым и А.Д. Бибиковым был создан стандарт для русской гончей, который и был в 1895 г. опубликован на страницах журнала «Природа и охота» под названием: «Описание типических признаков современной русской гончей». Описание было сделано с чемпиона Добывая (владелец П.Н. Белоусов). Это описание было своего рода эскизом, к которому следовало стремиться. И, конечно же, это описание служило сближению собак по типу, становлению того образца, который стал основой для выработки секцией гончих в составе Н.П. Пахомова, М.А. Сергеева, А.О. Эмке, Л.В. Де-Конорра, М.Э. Будковского и И. Сушкевича стандарта русской гончей, который и был по докладу Н.П. Пахомова утвержден на Первом Всесоюзном съезде кинологов в начале декабря 1925 г.

В основу стандарта 1925 г. лег стандарт 1895 г., созданный П.Н. Белоусовым и А.Д. Бибиковым. К сожалению, О. Егоров в своей статье об этом умолчал, как «позабыл» он упомянуть выше названных членов секции гончих коллективно разработавших этот стандарт.

И уж совсем неэтично приписывание Н.П. Пахомову «новых, подробно разработанных стандартов на русскую и англо-русскую гончую, которые были приняты на Всесоюзном кинологическом совещании, состоявшемся в 1939 г. в Москве». Да еще, оказывается, эта разработка явилась «Закономерным этапом послереволюционного развития отечественных пород гончих собак».

А вот другой патриарх отечественного охотничьего собаководства, стоявший фактически у истоков их создания в Советское время В.И. Казанский пишет: «Всесоюзное кинологическое совещание 1939 г. оставило без изменений стандарт, принятый в 1925 г., а в стандарт англо-русской гончей на Всесоюзных кинологических 1939 и 1947 гг. «вносились некоторые поправки, в частности, в 1947 г. название англо-русская заменено новым — русская пегая».

Внимательно изучив 2 статьи О. Егорова под единым заголовком «Моими любимцами были гончие», посвященные 100-летию со дня рождения Н.П. Пахомова и 25-летию со дня его смерти, я сделал для себя вывод: «Господин О. Егоров путает понятия искреннего уважения светлой памяти Н.П. Пахомова и идолопоклонства». В первой статье, опубликованной в Каталоге 74-й выставки собак охотничьих пород Ленинградского общества охотников и рыболовов, О. Егоров называет Николая Павловича «отцом русских гончих», в рецензируемой статье он уже приписывает Николаю Павловичу Пахомову «титул отца двух отечественных пород гончих собак — русской и англо-русской». Ему и дела нет, что Н.П. Пахомов никогда, никогда не занимался ни англо-русской, ни русской пегой гончей.

Не хочу повторяться, но напомню господину О. Егорову и иже с ним: «В советское время создана прекрасная отечественная порода и носит она национальное название «Русская пегая гончая» Об этом я подробно рассказал в статье «Русская пегая гончая (К 80-летию утверждения первого стандарта). Журнал «Охота и охотничье хозяйство» 10.05; газета «ОиРПУ» 02.06.

Расписавшись в не очень глубоких знаниях «истории двух пород гончих», допустив прокол за проколом, на что я указал выше, О. Егорову следовало бы остановиться и не касаться второго подзаголовка своей статьи. Он же никогда не держал гончих и не эксперт-кинолог.

Нет, не зря И.А.Крылов предупреждал: «...кто за ремесло чужое браться любит, тот завсегда и всех упрямей, и вздорней».

Кузяев А.Н., эксперт всероссийской категории по породам гончие.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


сeмь − = 0

hogan outlet hogan outlet online louboutin soldes louboutin pas cher tn pas cher nike tn pas cher hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher woolrich outlet woolrich outlet pandora outlet pandora outlet