Настоящая борьба, с настоящим браконьерством еще впереди...

(июль 1998 года).

«...Впятеро больше бы дичи велось,

Кабы сетями ее не ловили,

Кабы силками ее не давили...»

Н.А.Некрасов, «Дед Мазай и зайцы».

Если бы знал великий русский поэт, прекрасный охотник, знаток русской природы, куда мы пришли в конце 20-го века. Силки и сети кажутся безобидными игрушками по сравнению с сегодняшними орудиями браконьерства. Но давайте обо всем по порядку.

Обращаясь к проблеме браконьерства, а по существу к нарушению гражданами России охотничьего законодательства, я заглянул в старые охотничьи журналы и газеты конца 19 начала 20-го века. А что было тогда, как вели себя охотники в угодьях сто с лишним лет назад?

К сожалению, романтический образ благородного русского охотника с безупречным воспитанием, бескорыстного и кристального, как алмаз, сильно потускнел. Газеты и журналы той поры «Псовая и ружейная охота», «Русский охотник», «Охотничий вестник» и другие пестрят статьями, бьют в колокола все о том же — браконьерство, неуважение к закону, всеобщее падение численности дичи. Вот выдержка из журнала «Псовая и ружейная охота», № 7 от января 1899 г., статья так и называется «Все о том же». Для примера только один абзац:

«Я прекрасно знаю, что ничего не прибавлю к тому, что уже говорилось и писалось о плачевном состоянии охоты в России, о всеобщем исчезновении дичи, об отсутствии всякого надзора и пр.пр., — а все-таки одним стоном больше! Не может быть, чтобы все это осталось гласом вопиющего в пустыне, этот наболевший вопрос не может в конце концов не обратить на себя должного внимания кого следует и не получить, если не радикального излечения, то по меньшей мере паллиативного...

...Теперь же охота оставлена на произвол хищения и самоуправства, и никто, кроме самих охотников, которые с горестью все видят и слышат и ничем помочь не могут, никакого внимания не обращает». Кан.

А вот, что пишет В. Веселкин в газете «Охотничий вестник», №3, 1904 г.:

«Мне не раз приходилось слышать разговоры, что к упорядочению охотничьего хозяйства не могут привести никакие запреты и никакие карательные меры до тех пор, пока у народа не появится сознание, «что хищничество вообще деяние не благовидное, и что оно в некоторой степени отозвалось или отзывается на их экономическом положении».

Но, по моему мнению, «тонко прясть, долго ждать», да и никогда мы этого сознания в такой массе народа не дождемся! У людей с высшим образованием это сознание существует несомненно, но почему многие из них в начале июля месяца бьют старых куропаток, если они попадутся под руку, оставив цыплят на верную погибель?

Разве это не хищничество?.. (Далее идут многочисленные примеры браконьерства в угодьях).

...Выше приведенные мною факты, составляющие только десятую часть мне известных, ясно указывают причины уменьшения дичи. Результатом неумелого и безрассудного пользования богатством всегда является бедность. Мы начинаем только беднеть, но еще не обедняли, и, если дружно и энергично, не откладывая в дальний ящик, возьмемся за дело, разумеется, при помощи правительства, отречемся от жадности и хищничества, года за 2-3 приведем охотничье хозяйство в надлежащий вид».

Прошло около ста лет, а порядка как не было, так и нет. Ну совсем как у А.К. Толстого в его сатирических стихах «История государства Российского от Гостомысла до Тимашева»:

«Послушайте, ребята,

Что вам расскажет дед.

Земля наша богата,

Порядка в ней лишь нет.

А эту правду, детки,

За тысячу уж лет

Смекнули наши предки:

Порядку-де, вишь, нет...».

И поверьте, такие статьи встречаются постоянно во всех печатных охотничьих изданиях тех лет. Полны такой информацией и современные издания.

И одно только отрадно, что еще сто лет назад первыми тревогу забили сами охотники, наиболее честные и совестливые из них, первые общества охотников и рыболовов, которые печатали на свои средства и издавали эти газеты и журналы. Ссылаясь на эти исторические примеры, я хотел подчеркнуть только одно — проблема браконьерства, нарушения охотничьего законодательства, родилась не вчера и не сегодня и не исчезнет завтра. Это наша национальная болезнь, в основе которой, кроме всего прочего, лежит исторически сложившийся законодательный нигилизм российского народа, а по-простому всеобщее неуважение к Закону. Посмотрите, братья охотники, что творится в современной России, начиная с Кремля, правительства, министерств и ведомств, органов УВД и кончая повседневной жизнью на местах. Когда бывшего Генерального прокурора России сажают в Лефортово; министра юстиции России с позором изгоняют со своего поста, когда один за другим следуют бесконечные скандалы и разоблачения, когда повседневностью стала всеобщая продажность, коррупция, взяточничество и воровство, оцените все это и спросите себя: неужели это и есть государственная политика воспитания у граждан России уважения к Конституции, Закону, власти? Ответ, думаю всем, уже давно ясен. Вот, на мой взгляд, один из первоисточников широко распространенного браконьерства и неуважения к охотничьему законодательству в стране. Впрочем, охотничья сфера здесь далеко и далеко не единственная. Возьмите любую область деятельности в современной России, и везде более чем грустная и тревожная картина. И потому вырвать из контекста современной жизни страны охотничью сферу невозможно. Какова страна, какая власть, какова сила Закона и его авторитет — такова и обстановка в охотничьем деле.

Но если бы эта причина была только одна! Попытаюсь тезисно дать свою оценку и другим истокам и причинам этого вида правонарушения.

Как любая проблема, связанная с деятельностью, увлечением и страстью миллионов россиян, она не проста и не однозначна. Наверняка у многих читателей будет свой взгляд на этот вопрос. Но я изложу свою точку зрения:

Зададим себе вопрос, почему человек идет на явное браконьерство? И здесь я разделил бы нарушителей на четыре основные категории.

— Первая категория правонарушителей — это так называемая группа «неприкасаемых». Это, как правило, люди из различного рода властных и государственных структур, редко выезжающих на охоту, но при этом совершенно искренне считающих себя «хозяевами» района, города, области, для которых охотничьи угодья вроде своего личного огорода, дачного участка. Они уверены в своей безнаказанности, считают такие нарушения легким пустяком и полностью уверены в своей правоте.

— Вторая категория наиболее злостных нарушений — из разряда так называемых «новых русских», не считающих деньги и полагающих, что за «бабки» можно купить все, в том числе и незаконную охоту. Охотятся чаще всего от скуки, развлечения ради, как охотники слабые и малокультурные.

— Третья категория — это те, кто браконьерствует от нужды, безысходности, безработицы. Как правило, это сельские жители, работники бывших лесхозов, городские безработные и т.д. Для многих из них это способ хоть как-то пропитаться, или способ заработать, на выпивку. Они, как правило, неплохие охотники, прекрасно знают местность, имеют незарегистрированное оружие, с которым при задержании легко расстаются, выбрасывая его или пряча в любом подходящем месте.

— Ну а остальные нарушители часто совершают те или иные отступления от Закона по элементарному незнанию Правил охоты, нормативных документов, границ охотхозяйств, а также по простому разгильдяйству и беспечности. При этом хочу подчеркнуть, что все-таки основная масса охотников ведут себя в угодьях честно, соблюдая все установленные ограничения и положения Правил охоты.

Причин же, способствующих увеличению случаев правонарушений в охотничьей среде, также немало. О некоторых из них было сказано выше, о других хочется сказать отдельно.

Во-первых. Это исключительно слабая, несовершенная, катастрофически бедная система охраны, как государственная, так и охрана охотпользователей. Можно бесконечно долго из уютных и теплых кабинетов критиковать егерей и охотоведов, но истина остается одна — охрана держится только на энтузиазме этих работников, при пассивном безразличии государства к охотничьему делу. Знают ли наши высокопарные критики, что 50% охотоведов и 80% егерей, директоров охотничьих хозяйств охраняют государственный охотничий фонд на личном транспорте, а все работники охотхозяйств с личным (не служебным) оружием?

Знают ли они, что в области нет других таких государственных работников с более низкой оплатой труда, чем у охотоведов и егерей? Ну, а где эти люди добывают бензин для техники, запчасти, одному Богу известно. Но это тоже, кстати, признаем честно, толкает отдельных из них на компромисс с нарушителями, заставляет закрывать глаза на многие безобразия, а иногда и участвовать в них. Зная эту проблему, что называется «от земли», одному этому тезису можно посвятить целую статью.

Во-вторых. Спасая себя от кризиса, наша «оборонка» и оружейная промышленность буквально завалила рынок страны оружием на все мыслимые и не мыслимые вкусы. Беспорядочная его продажа, в том числе и нарезного оружия, порождает у немалой части граждан желание его так же беспорядочно использовать. Мы с этим постоянно сталкиваемся в угодьях. Так называемое «дачное» оружие чаще всего и гремит в любое время года в «зеленых» зонах городов и поселков.

В-третьих. На руках населения, в силу ряда причин, резко увеличилось количество высокопроходимого транспорта. Вездеходы, машины, тракторы, снегоходы и т.д. При неплохой сети дорог на Тамбовщине сегодня не осталось недоступных уголков, ибо в сухую погоду на простых «Жигулях» можно добраться за 2-2,5 часа в любой, самый глухой угол области. Где уж тут малочисленным работникам охраны угнаться за этой моторизованной армадой. Тут, как говорится, «око видит, да зуб неймет».

В-четвертых. Резкое падение жизненного уровня населения, безработица, удивительно мягкие наказания, нежелание органов государственной власти вникнуть в эту проблему, задушенность охотпользователей бесчисленными налогами и отсюда бедность и критическое финансовое положение, дополняет обрисованную ситуацию. Полноценная охрана дорога и требует немалых средств, а их нет. И вот печальный итог — браконьер сегодня, как правило, не испытывает нужды ни в технике, ни в бензине, ни в оружии, он свободен в выборе своего «удара», как во времени, так и в пространстве. Нередко за его спиной стоят высокие покровители, друзья, ходатаи. А вот противопоставить этому злу Управление охотничьего хозяйства и Областное общества охотников может, к сожалению, только энтузиазмом своих работников и глубокую веру в правоту своего дела. Что касается технической оснащенности, вооружения, штатов, материального снабжения, социальной защищенности, то здесь все стремительно меняется в последние годы, — но только в худшую сторону.

Представь себе на минуту, уважаемый читатель, что в результате обвального осложнения криминогенной обстановки в стране, органы МВД не сделали бы то, чего они добились за последние годы (штаты, техника, оснащение, зарплата, законодательство и т.д.)? Что было бы со страной? Но даже эти крайне дорогостоящие меры позволили работникам милиции только приостановить вал преступности, и все сегодня признают, что кардинального улучшения дел в стране не произошло.

Так, почему все ждут каких-то резких перемен в борьбе с таким же валом браконьерства, при обратных действиях государства, когда система охраны стала значительно слабее? Другого результата быть не могло и не будет, ибо чудес не бывает.

Скажите сегодня кому-то, что в районе работает 10 сотрудников УВД и вас посчитают ненормальным. Но почему никто не удивляется, что в том же районе работает один (подчеркиваю — один) охотовед и один егерь, и это почему-то считается нормальным. При этом работают они за гроши не в теплых кабинетах, не в населенных пунктах, где рядом и телефон и подмога, а в полях, лесах, болотах, в любую погоду, в бездорожье, круглый год. Скажу прямо. У нас в России, да и в области всегда было в достатке проверяющих, контролирующих, советующих, поучающих и других «указующих перстов», вот только в угодьях видишь почему-то одинокую фигуру охотоведа или безлошадного егеря, обидеть и оскорбить которого и обвинить в безделии может любой, самый маленький чиновник. Так и хочется иногда сказать вслух словами Элочки-Людоедочки героини романа Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев», — «не учите меня жить, лучше помогите мне материально». Не потому ли у некоторых из работников охраны иной раз опускаются руки, и смотрят они больше не в угодья, а на личное подворье, ударяются в коммерцию, разводят рыбу и личные пасеки, не веря уже ни в чью поддержку. Ведь себя, детей и семью надо кормить и одевать. Никто не придет и не поможет.

Ситуация довольно грустная, но далеко не безнадежная. Люди продолжают работать, верят в лучшее, надеются на поддержку государства и администрации области. Мы видим, каких огромных усилий стоит Управлению охотничьего хозяйства, его начальнику Стрыгину А.А. удерживать ситуацию под контролем и как можем (а верю, что можем и лучше) помогаем ему в этом благородном деле. Охотничья общественность с удовлетворением отмечает энергичную работу коллег из Управления охотничьего хозяйства по укреплению и обновлению кадров охотоведов, повышению требовательности к их работе, и это во многом является примером и для нашей деятельности.

Нас также искренне порадовала опубликованная в июне этого года в газете «Тамбовская жизнь» статья старшего помощника прокурора области П. Полякова «Око не видит, уши не слышат». Порадовала уже тем, что Прокуратура наконец-то обратила внимание на эту наболевшую проблему, обозначила некоторые наиболее болевые точки. Во многом по следам этой статьи я и решил более полно осветить проблему нарушения охотничьего законодательства и как она нам видится изнутри. С одним не могу категорически согласиться, так это с названием статьи. Мы, работники охраны животного мира, прекрасно «все видим, и все слышим», владеем ситуацией, располагаем огромным объемом информации, но нам часто, как говорил выше, катастрофически не хватает сил, работников, техники, бензина, нервов, чтобы справиться со всеми этими безобразиями. Да, мы не идеальны, как говорится, и на солнце есть пятна, да и у нас порой работают малограмотные, неинициативные, ленивые работники, и мы совершаем ошибки, но и никто лучше нас не знает всех этих ошибок. Прав П. Поляков, пожалуй, в главном — настоящая борьба, с настоящим браконьерство еще толком не началась.

Я специально в своей статье не оперирую цифрами о количестве нарушений, выявленных всеми органами охраны. Ибо цифра — вещь лукавая, и вертеть ею можно, как угодно, и как кому выгодно, но подтверждаю не очень украшающий нас всех, кто занимается охраной угодий, тезис, что настоящей борьбы с настоящим браконьерством не начиналось. И подтверждение тому простые и понятные факты. Как ни обидно признавать это, но давайте спросим себя:

— много ли за прошедшие два года вскрыто фактов по незаконному отстрелу копытных, заведено уголовных дел, доведено их до суда, и как итог, чтобы преступник понес заслуженное наказание?

— много ли задержано браконьеров незаконно добывающих бобров, выхухолей? Ведь подпольный, пушной промысел и рынок успешно существует и сегодня?

— много ли задержано и также предано суду преступников, стреляющих дичь «из-под фар» и с «Буранов»?

— много ли задержано браконьеров, бьющих рыбу, а вместе с ней и все живое вокруг электрическим током?

— много ли задержано охотников, перекрывающих на некоторых охотах многократно нормы отстрела?

Скажем честно, хвастаться нечем. Да, это самые тяжелые и труднораскрываемые виды браконьерства. Трудно задержать, трудно иногда доказать, взять с поличным и еще труднее довести дело до суда. Но именно эти виды браконьерства наносят непоправимый урон охотничьему фонду, животному миру. Поэтому, так же, как и у сотрудников МВД, нам надо акцентировать внимание прежде всего на них, так как именно они, как наиболее тяжкие и вредные для природы, должны характеризовать нашу работу по их нейтрализации. Порядок в угодьях нужен, охотников надо приучать к дисциплине и честности, но что толку до бесконечности раздувать цифры незначительных, мелких нарушений, когда наиболее тяжелые и опасные остаются не раскрытыми и не пресекаются. Здесь нет предмета для спора, здесь есть только предмет для серьезного разговора, какими силами, какими средствами, с какими законами это осуществить. Повторюсь, что нынешняя система охраны животного мира не способна в полном объеме решить этот вопрос. И никакие гневные слова, обличения и резкие статьи, прокурорские и ведомственные проверки здесь не помогут. Все должно быть предельно конкретным: люди, штаты, деньги, техника, законодательство, воля и желание властей.

Все остальное «сиреневый туман».

Загнанную лошадь сколько не стегай, она быстрее не поедет, ев'надо кормить или менять...

Как и в военном деле, у браконьеров «средства поражения» развиваются быстрее, чем у нас «средства защиты».

Еще раз хочется с горечью констатировать, что «средства защиты» в нашей сфере не только медленнее развиваются, но более того, на глазах деградируют. Так что игра идет пока «в одни ворота».

В заключение скажу, что даже в столь пространной в статье, не смог осветить все проблемы браконьерства. Давно уже назрел серьезный разговор на уровне области с участием всех заинтересованных сторон, и хорошо, если бы инициатором этого «круглого стола» выступила Прокуратура области. Это и был бы первый шаг к консолидации и координации действий всех природоохранных структур, правоохранительных органов и органов местной власти в борьбе против «охотничьих» преступлений и нарушений.

И последняя ироничная зарисовка.

Страна стоит у порога «очередного» экономического кризиса,  разрабатывается «очередная» экономическая программа выхода из этого «очередного» кризиса, грядут «очередные» реформы и новации. Итогом предыдущих очередных разработок стал призрак «банкротства России». Нет сомнений, что опять урежутся средства на охрану природы, но при этом будет строго повышена требовательность к тем, кто ее охраняет. Денег у правительства опять нет. Но как-то бросается в глаза рядовому россиянину все разрастающаяся с каждым днем армия государственных «мундиров». В нарядную форму (разумеется, за государственный счет, за счет налогоплательщиков) с шевронами, петлицами, погонами, звездами и лампасами обряжаются все новые десятки тысяч государевых чиновников. И кого тут только нет: транспортная инспекция, таможня, налоговая инспекция, прокуратура и гражданская оборона, управление охотничьего хозяйства, управление лесного хозяйства и налоговая полиция и т.д. Вот если бы эти деньги за горы фуражек, мундиров и лампас направить на охрану природы! Думаю, польза была бы огромная, и их хватило бы с избытком. Говорят в народе, что солдаты на улицах запутались, кому отдавать честь, и потому машут рукой, не глядя, беспрестанно. А еще «злые языки» говорят, что одна форменная фуражка чиновника сегодня стоит более 500 рублей. Но что с них спросить, на то они и «злые языки».

Пусть только не обижаются на меня обладатели и очередные претенденты на государственные «мундиры», ведь многие из них настоящие охотники и любители природы, и моя ирония, им думаю, понятна.

И тем не менее мы не опускаем руки, мы ищем выход, и никогда не бросим наши угодья, животный мир на произвол браконьеров, как бы нам не было тяжело. Охотники оптимисты по своей натуре.

В.А. Гуляев.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


× 8 = сeмьдeсят двa

hogan outlet hogan outlet online louboutin soldes louboutin pas cher tn pas cher nike tn pas cher hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher woolrich outlet woolrich outlet pandora outlet pandora outlet