Алтай

В детстве мне очень хотелось стать охотником. Но так как ни дед, ни отец мой охотниками не были, а значит, попасть на охоту я не имел возможности, оставалось только мечтать. Но прошли годы, и я смог осуществить детскую мечту. Я стал охотником, более того, устроился работать егерем. Незадолго до этого мне посчастливилось приобрести щенка лайки, назвал его Алтаем. Надо ли говорить о моем восторге при виде неуклюжего милого, почти целиком белого кутенка.

Совсем недавно весь мир умещался для него в материнском соске, полном теплого, волнующего своим запахом молока. Из всех звуков, наполняющих этот огромный мир, он знал и выделял только голос матери. И вот мир ворвался в его жизнь звуками и запахами. Запахи! Они были повсюду, они возбуждали и будоражили кровь. Каждый камень, каждая травинка, опавший листок говорили с Алтаем языком запахов. Первые шаги по земле, первые радости узнавания...

Работая егерем, я жил на кордоне. Был у меня напарник — Станислав Житков, старый опытный егерь и первоклассный охотник. Я многому научился у него. Он помог мне сделать из Алтая превосходного пса.

Однажды весной отправились мы с Житковым на тетеревиный ток. Я хорошо помню то спокойное утро одного из благодатных весенних дней: голубизну неба, березняк на болоте в наволочи тумана.

Светало. Макушки берез, будто оторвавшись от земли, плавали в предрассветном тумане как в парном молоке. С каждой минутой все отчетливей проявлялась мозаика леса. Было тихо. Вдруг где-то совсем рядом: чу-ф-ши...чу-ф-ши.

Потом еще и еще. Захлопали крылья. И все вокруг нас ожило.

Мы сидели в шалаше, сделанном из обгорелых выворотней, оставшихся от лесного пожара. Слышалось перепархивание косачей, удары крыльев и редкое квохтанье курочек. Вот-вот уж должно показаться солнце. Теперь можно было разглядеть силуэты токующих тетеревов. Один из них оказался к нам совсем близко.

— Бей! — шепнул Житков.

Торопливо, почти навскидку я выстрелил. Косач встрепенулся, попытался взлететь, но забился по земле. Я выбежал из шалаша и подбежал к раненой птице, она замерла, следя за мной неподвижной бусинкой глаза. Во взгляде этом почувствовал я тоскливую обреченность и одновременно надежду на счастливый исход. Я не знал, что мне делать. Голос Житкова за спиной недовоьно произнес:

— Ну, что над ним заворожился?

— Раненый.

Житков наклонился, защемил пальцами тонкую шейку птицы, поднял ее и резко встряхнул: тушка отлетела в сторону.

— Вот так. Патроны тратить не надо, — сказал он и швырнул за кочку головку косача с прикрытыми пленкой век глазами.

Прошло полтора года. Приказом начальства я был назначен на другую работу и должен был переехать жить в город.

— Собаку в город заберешь? — как-то за ужином вдруг спросил Житков. — Оставь мне. В квартире собаке тоска, а у меня все в работе будет.

Вот тогда я понял, что с Алтаем мне придется расстаться, в городе жить он не сможет. Теперь в отпуск я всегда еду к Житкову, но не по причине привязанности, а чтобы увидеться с Алтаем, послушать, что расскажет о нем хозяин. Пес отлично помнит меня, он не бросается навстречу, но со старческой сдержанностью подходит, кладет голову на протянутую ладонь и смотрит добрым взглядом, полным удовлетворения и спокойствия.

Скоркая ножом по оселку, Житков сидит на лавке под навесом. Давно нестриженные волосы, милицейская рубаха, штаны — все в рыбьей чешуе. Он рад встрече с приезжим человеком, улыбается, иронически прищурив глаз.

— Какие люди?! Садись да хвастай, — стряхивает с себя чешую, пододвигает мне чурбак.

Сидим, разговариваем о том, о сем. За дверью поскреблась собака, я отворил: выскочила Пальма со своим трехмесячным щенком.

— Видал, какой растет? Весь в батьку.

— А Алтай где? — спросил я.

— Алтая нет! Пристрелил я его.

— За что ты его?

— Старый стал. Какой прок от него? Хорош был пес, ничего не скажешь. Пошел с ним в лес, он обрадовался, искать стал, но скоро вернулся ко мне. Рука не подымалась стрелять, но не просить же кого-нибудь. Вскинул ружье, а он сразу понял и в сторону! Ранил его в бок. Свистел, свистел — не подходит. Пропал. Сходил за Пальмой, та нашла его у Вольного болота. Хотел добить, чтоб не маялся, а он уже мертвый... Чего молчишь? Не обижайся. Все равно не век бы прожил твой Алтай.

Я не мог понять, как это можно пристрелить пса, который много лет был твоим помощником и другом? «Рука не подымалась. Брось, Житков, говори кому-нибудь другому, я-то твою руку знаю».

В сумерках я долго сидел на крыльце, думал об Алтае, смотрел на затухающую зарю. Наверное, в такие минуты лучше всего чувствуешь природу, свою близость к ней и потому, когда уедешь в город, часто тоскуешь по этим зоревым вечерам.

Я, не раздеваясь, лег на постель. Не спал, слушал ночь. Робко подкрался дождь, не спеша набрал силу и заглушил слабые ночные звуки.

Алтай не выходил у меня из головы. Последний раз я видел его прошлой осенью.

С тех пор как Алтай оказался на кордоне, где прошла его жизнь, уже не голос матери, а голос хозяина знал и любил он. Он вырос толковым псом, знающим лес и повадки зверя. Высшее счастье лайки — попасть к хозяину-охотнику. Что может сравниться с минутами лосиного гона, когда пьянит раздражающий запах близкого зверя, когда и охотник, и собака одинаково захвачены страстью и в азарте срывают голоса: первый — до хрипоты, вторая — до визга.

Сколько раз приносил Алтай охотничью удачу своему хозяину! И общую радость испытывали они, когда дело было сделано и зверь недвижимо лежал на земле.

Алтай понимал, что счастливые дни охоты не вернуть. Несколько лет назад он начал терять слух, а потом и чутье. Тогда и появилась Пальма, отнявшая у него любовь хозяина. Алтай сразу возненавидел свою соперницу. По ночам он жаловался, подвывал, словно плакал. Перед уходом в лес хозяин стал сажать его на цепь, чтобы он не увязался за ним и не испортил охоту...

Дождь нудно сеялся на крышу. Не спалось. Я отчетливо видел последний день моего любимого пса, потому что слишком хорошо знал его.

Я представил, как Житков сошел с крыльца, позвал Алтая и как тот сразу напрягся, сбросил дрему, выбежал из будки и, увидев хозяина с ружьем, кинулся к нему, счастливо виляя хвостом.

Они прошли по дороге, вышли за озеро. Алтай ушел в поиск. Было тихо. И вдруг громкий лай резанул вязкую тишину. Пес нашел зверя. Но человек пришел не охотиться. Он сидел на опушке, курил и ждал возвращения собаки. Лай оборвался: зверь пошел, а на преследование у Алтая не было сил. Пристыженный, он вернулся к хозяину, виновато заглядывая ему в глаза. И снова хозяин трепал уши и как всегда приговаривал:

— Ну что, Алтайка? Что?

А потом поднялся, отошел на несколько шагов и вскинул ружье. Старый пес понял, что человек не шутит, что в черноте направленного ему в глаза дула — смерть, и прянул в сторону. Выстрел догнал его: обожгло бок, но он сгоряча продолжал бежать. Он лег на сырой мох в сосняке и стал лизать горячую рану. Человек искал, звал его.

Алтай больше не доверял ему и не шел на голос, да и не мог идти. Рана горела, силы оставляли его, он умирал в безмолвном осеннем лесу, который так любил, унося с собой тоску и обиду на человека, изменившего закону беззаветной дружбы.

Ранние сумерки поднялись вместе с туманной сыростью и холодком из близкой низины. А Алтаю казалась огненной знобившая его земля. Тревожный, полный запахов и звуков большой разнообразный мир уходил от него.

Уже не в бреду, а наяву он услышал лай Пальмы. Алтай почувствовал и приближающиеся шаги хозяина, но не смог увидеть его: остекленевшие глаза пса были неподвижны, когда человек наклонился к нему. В наивной собачьей доброте Алтай, вероятно, и в эту последнюю минуту был благодарен хозяину за возвращение. Он не знал, что человек отыскал его только за тем, чтобы вторым выстрелом прекратить муки...

Вадим Фролов. Журнал «Охота и рыбалка XXI век», 2003 год.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


двa × 3 =

hogan outlet hogan outlet online louboutin soldes louboutin pas cher tn pas cher nike tn pas cher hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online hogan outlet online louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher louboutin pas cher woolrich outlet woolrich outlet pandora outlet pandora outlet